Мейсон кивнул.

– Так вот, – Олни опять улыбнулся, – поскольку мне придется рассказывать о Делле Стрит, старых школьных днях и стоянке, я решил немного порепетировать.

– А не могли бы вы сочинить что-нибудь более правдоподобное? – поинтересовался Мейсон.

– Вообще-то у меня есть история получше, но ее будет легко проверить.

– Думаете, кто-то будет ее проверять? – насторожился адвокат.

Олни осторожно ответил:

– Не знаю. Но я хочу быть в безопасности. Меня намеренно держат в неведении. Я не знаю, что происходит. Мне дали указания, а я только их исполняю. Мне велели сочинить историю, которая выдержит проверку.

– Это все, что вам известно? – спросил Мейсон.

– Это все, что мне известно, – подтвердил Олни. – Но я хочу кое-что сказать от себя.

– И что же?

– Как бы то ни было, – заявил Олни, вдруг посерьезнев, – а в том, что касается Лорны Уоррен, все должно быть без обмана.

Мейсон насторожился.

– Вы как-то особенно заинтересованы в том, чтобы ее права были защищены?

– Ничего подобного, – возразил Олни. – Впрочем, погодите минутку, кое-какой интерес есть. Лорна Уоррен одна из самых милых и добрых женщин, которых я когда-либо встречал. Она спокойная, тихая, терпеливая, заботливая, прекрасно относится ко всем служащим офиса. Время от времени я думаю, что спектакль, в котором меня задействовали, замышляется не случайно и, может быть, Хорас Уоррен заинтересован не в присутствии мисс Стрит на этом обеде, а в вашем присутствии. Надеюсь, вы не станете возражать, сэр, если я выложу перед вами все карты?

– Валяйте, – разрешил Мейсон.

– Хорас Уоррен мой работодатель. Я верен ему в делах. Его жена Лорна – особая статья. Не поймите меня превратно, мистер Мейсон. Мои чувства к ней не выходят за рамки чувств любого мужчины к женщине из офиса. Мы любим Хораса Уоррена, а Лорну просто боготворим. Мне, безусловно, очень не хотелось бы содействовать адвокату, приглашенному на этот обед, если тот намерен причинить какие-либо неприятности Лорне Уоррен.